Мысли вслух
Как это уже много раз говорилось, Новосибирск — это не тот город, где возможно процветание авангардного искусства. Нет почвы. Люди не те. Нет публики. И тут хоть выпрись, хоть наизнанку вывернись, никакого настоящего признания не получишь. Более того, в других странах ситуация не намного лучше, прекрасные времена, когда визуальная среда жизни интеллектуального обывателя была блёклой, прошли, и теперь человека, у которого есть интернет, уже ничем не удивишь. Крайне практично настроенный город не нуждается в поэзии. Увы. Здесь с минимальным резонансом (в среде знакомых и друзей) пройдут и канут в прошлое гениальные проекты Монстрации. Шорохо может и издадут сборник стихов, который прочитают все те же несколько десятков человек, одни и те же лица которых мы видим на локальных микровыставках. Думаю, искусство обречено в этом городе и в это время вообще. В кинотеатрах показывают 3D кино, значительная часть населения Нска из НСО. А вы давно бывали в сёлах НСО? Там никто не читает про генеалогию партиципативного искусства, и пройдут миллионы лет, пока ХЖ появится на их столах. Грубость и невосприимчивость к чему-либо тонкому является основной чертой нашего города. Это проявляется и в радикальных художниках. Грубые методы, грубые примитивные подходы к происходящему. Тут я не хочу сказать, что примитивизм визуального стиля виновен — нет, примитивизм это как раз поэзия, это как музыка в стиле минимализма, но виновно создающее и воспринимающее сознание.
25 октября в гостиной "Под Интегралом" состоялся концерт, на который по предварительной записи «В контакте» заявилось прийти больше сотни человек - это как минимум в два раза больше, чем может в себя вместить гостиная. Однако по факту публика вообще практически не уделила внимания этому событию. На концерте были слушатели, но все они были личными знакомыми, приглашенными музыкантами. Почему никто не пришёл? А кто вообще играл на концерте?
Новосибирский мастер-класс-фестиваль детского анимационного кино «Жар-Птица» в этом году отметил свой юбилей: ему исполнилось пять лет. А если прибавить к этой знаменательной цифре возраст генерального директора фестиваля Петра Анофрикова (именно ему в голову пришла мысль о том, что юные мультипликаторы могли бы собираться в Новосибирске и совместно учиться снимать мультфильмы), а также – возраст мэтра, одной из наиболее уважаемых студий детской мультипликации, студии «Поиск» (ей в этом году исполняется 35 лет), в общей сложности, получается круглая цифра - сто.
Если поэт появляется перед микрофоном в облачении, достигающем до лодыжек, что бы он не говорил, он произносит: «Помнишь, как бывало, и крестом сияло». Проблема современного эскапизма при этом решается на пределе агностического сомнения и культа смерти. В городах креста и полумесяца банки размещают рекламные щиты: «одни плюсы», невежество аптечных покупателей должно получить одно болеутоляющее прочтение: одни кресты. Невежество: приплясывающие старушки поют: с фи-на-лгоном, дав-но про-шли все на-ши боли, и предоставит знахарский список болезней для Есении, Марианны и Анны Герман. Культ смерти: в детских рисунках, публикуемых священником Кругловым, схематичность линии глухого понимания смерти. Во взрослых рисунках «известных красноярских художников»: семья, отец, мать и пятеро детей в народных одеждах, у каждого в руках по яркой цветной иконе, у каждого, у матери, у отца, у сына, у дочери одно лицо: кроткая простодушная смерть держит икону на коленях.
Если зайти на realmusic.ru и посмотреть рейтинг самых музыкальных городов страны, то Новосибирск мы увидим на почётном третьем месте, после Москвы и Санкт-Петербурга. Разрыв, надо заметить, весьма серьёзный: 105 и 36 страниц, заполненных именами и названиями групп, против наших 9. Но третью «рок-н-ролльную столицу», Екатеринбург, мы уверенно обходим по очкам. Но только по очкам, и боюсь, что только на этом сетевом ресурсе. Вне интернета многочисленность новосибирских музыкантов как-то не столь очевидна. Случайно услышать хорошую новосибирскую группу почти невозможно: их приходится искать.
- Ты пьешь чай, и он приходит, - заговорщицки говорит мне пятилетняя сестренка моей подруги. – Османтус, он у каждого свой. Он придет, и будет рядом с тобой сидеть. А потом, когда ты все допьешь, он растворится в тебе…
Я пью чай и жду появления османтуса. Хотя бы какого-то. Временами мне кажется, что я его вижу: шерстистая тварь в горошек сидит рядом на хлебной корзинке и дует на мой чай, топорща фиолетовые усы. Я оставляю в кружке немного заварки, чтобы зверь не растворился, и в этом доме стало одним османтусом больше.
