ЛУНА – ЭТО РЕПА

Мой дед жил в доме на улице Коммунистическая под часами. Это был дом открытых дверей. В квартире тройственная семья: дед, жена и женщина, за которой он ухаживал после смерти жены. Патриархальный уклад с чертами Коллонтай. Распахнутые двери в квартире великого пианиста Дмитриева, просмотр диафильмов для всех окрестных детей.

Хоровод Костромы на сцене театра Покровского, сильное, гипнотическое движение людей от сцены до фойе. Кострома – не город, передающий привет Калуге, не женщина и не мужчина, а та смертушка, которая вызывает, которую вызывают из круга. В поздние годы приходили нищие дети с первого этажа, в день рождения они угощали кутьей и просили одарить, кто чем сможет.

Сержанты с лицами утопленников в поездах. Бассейн, летучая мышь на спине мальчика, жившего в рекреациях и военных городках. Заунывное пение школы, больницы, тюрьмы в филологических экспедициях. Приглашение лучших студентов на рауты в мэрию. Жанр анекдотических историй, высказанных в форме личной позиции: я после раута получил приз в 100 рублей, и что же я сделал: купил журнал «Плейбой», а Вова швырял пирожками в Муху.

Это позиция: слово «культивировать». Культивировать: «ересь жидовствующих» - тогда - в одном слове, сегодня – читай на полит.ру. Культивировать: «чеченских сепаратистов», нацарапать на печатной машинке «Ичкерия», написать поэму в честь Шамиля, написать на бланке голосования «За Дудаева», читать поэта Яндарбиева, ходить в фуражке с оторванным козырьком в день военно-морского флота, когда перекрывается движение улиц. Отправиться в путешествие на «уазике» по Кисловодску с девушкой и отцом, полковником ФСБ. Отчаянно звонить и молчать в трубку: девушка ушла, не стало друга. На вечеринке лучших друзей, ты танцевал с подругой моей. Друг: кинуть учебную гранату в свой же окоп. Друг: наблевать на журнал «Плейбой» и в ухо другу. Спать на холодном балконе в шубе мертвой старухи. Популярные шутки офицеров военной кафедры: онанизм. Называть Макара Макаром, Лоща Лещом, Цоя Псоем. Подруга и абортарий, современное искусство: ложка в пластилиновом говне, чувство вины. Богородичный фашист, драка с ним, нумерованные головы святых на картинке. Швейцария и Бродвей в Академгородке, я ничего не забыл, я ничего не простил. Бесплатные рецензии в газету крупнейшей книготорговой компании страны. Девушка, автор рецензий, умерла от астмы. Муха и пирожки: могила губернатора, даты совпадают. Илюша разбился на мопеде.

Илюша разбился на мопеде: новое искусство, нова культура, новокаин ово. Эскапизм – мы на краю города, и там видим ангелов, и вообще мы мысленно вместе. Фонд Сороса уходит из России, как быть? Новые сберегающие имена, Иван разбился на автомобиле, поэтому мы носим новое имя, что он дал нам, вместо старого, лучше прежнего. Торжествующий кальвинизм: полосатые чулки Пеппи, вера в лучшую жизнь. Конфликт имен: позиция на уровне ругательства: мы культивируем культю, а вы – ёпрст. Парторг с говорливой пиздой, молодая ревностная мать-террористка.

Торжество мистицизма, несмотря ни на что. Музыкант Селиванов, культ Селиванова в семье друга. Тимур Назимков, культ Назимкова в семье Назимкова. Янка и Егор, тема передачи на телевидении. Е. Харитонов и современная платформа молодой неподцензурной литературы. Селиванов и Назимков сделали правильный выбор. Луна это репа, а звезды – фасоль.